Если верить репортажу ОНТ, в Горках несколько подростков готовились напасть на первоклассников – с ножом, молотком и топором; готовил их 17-летний россиянин, задержанный летом в Дагестане, а нападение пресекли сотрудники МВД.
Именно так, четырьмя предложениями без единой подробности, это прозвучало в эфире 3 сентября.
Между кадрами, где охранник заглядывает школьнику в рюкзак, и цифрой 18: столько запрещенных предметов Департамент охраны изъял у учеников за первые три дня учебного года. Представитель ГУБОПиК в том же сюжете говорил о деструктивных пабликах, управляемых из-за рубежа. О Горках он не сказал ни слова, эта часть прозвучала закадровым текстом.
Горки – наша область, но проверить в этой истории нечего. Нет даты, нет школы, нет числа подростков, нет статьи УК и нет никого, кто говорил бы об изъятом оружии от своего имени. Был ли нож, был ли топор, был ли молоток и у кого именно, – известно только со слов телеканала, который ссылается на МВД в общем.
Фотография заточки на белом листе, разошедшаяся вместе с новостью, скорее всего иллюстративная – скриншот из того же сюжета, где показывали изъятое при досмотрах по всей стране, а не в Горках;
Российская часть сюжета известна лучше. Следственный комитет России в июне сообщил о задержании в Дагестане 17-летнего администратора сообществ с двумястами тысячами подписчиков, где, по версии следствия, подростков готовили к нападениям на школы; сам он на допросе перечислил Подмосковье, Петербург, Оренбург, Красноярск, Липецк, Калугу, Ставрополье и Бурятию.
Беларусь и Горки к этому перечню добавляет ОНТ – как и формулировку о подконтрольности задержанного украинским спецслужбам; в опубликованных сообщениях российского следствия речь идет о запрещенных сообществах и террористической идеологии.
Получается конструкция, знакомая по всем силовым отчетам последнего времени: угроза пришла из России, но ответственность за нее переадресована Украине, а мера принимается в отношении беларусских детей – проверять карманы.
Как эта проверка помешала бы подросткам из Горок, которых, по версии МВД, кто-то вел к нападению через переписку, в репортаже не объясняется.
Логика при этом та же, что и у соседнего сюжета той же недели: в конце августа сотрудники КГБ приходили с обысками к могилевчанам, вернувшимся из стран Евросоюза, спрашивали о контактах с демократическим движением и просматривали смартфоны в присутствии владельцев.
Угроза объявляется внешней – Украина, Евросоюз, паблики из-за рубежа, а искать ее идут или в карманах школьников, или в телефонах взрослых.
Вывод из этого один, и он не про Горки. История о ноже, молотке и топоре понадобилась не для того, чтобы сообщить о ней, а для того, чтобы оправдать досмотры: без нее в сюжете остались бы вейпы и зажигалки, а на вейпах разрешение лезть в детские рюкзаки без родителей не построишь. Поэтому у нападения на первоклассников нет ни даты, ни школы, ни уголовного дела – они ему не нужны. Достаточно, чтобы оно прозвучало. А эффект будет. Как пример, вспоминаем классический лиозненский “триллер” – стрельбу по стоящей машине и построенном на этом мифе о покушении на известного депутата. Что было дальше – знает вся страна.
Фото скриншот репортажа ОНТ.
